Очень хорошая статейка в ЖЖшке Каспарова
Jun. 6th, 2013 03:40 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
slava68.......
Сейчас Россия находится уже "в 30-х годах" — в финальной стадии перехода от однопартийной диктатуры к диктатуре одного человека. Это важный исторический момент.
Формирование личной диктатуры Путина идет полным ходом, в точности так же, как и в постленинском СССР, когда однопартийная большевистская диктатура в итоге превратилась в диктатуру одного человека — Сталина.
Поэтому история с допросами и вынужденной эмиграцией Сергея Гуриева, да и с системными либералами в целом, больше всего похожа на историю с партийной и военной элитой сталинской эпохи. Сислибы, как в свое время и большевистские бонзы, искренне считали, что репрессии — это лишь для врагов, а не для своих. Они ощущали себя хозяевами жизни, членами правящей "корпорации" и пребывали в уверенности, что законы истории для них не писаны и что их минует чаша фатальной исторической неизбежности.
Но… "продуман распорядок действий, и неотвратим конец пути". Процесс перехода от однопартийной диктатуры к диктатуре одного человека всегда сопровождается сменой кадрового состава. И всегда вместо интеллектуалов, востребованных на начальном этапе становления диктатуры, к власти в конце концов приходят цепные псы и мясники. Этой исторической закономерности никто не отменял.
Понятно, что сегодня репрессии имеют иной масштаб и характер, чем при сталинщине. Нынешняя информационная эпоха, так сказать, более вегетарианская. Неправедный суд, домашний арест или вынужденная эмиграция — это все-таки не расстрел. Но сам вектор развития, несомненно, тот же.
Замена правящего аппарата идет ударными темпами, и не факт, что всем отставникам удастся избежать гонений. И пусть ныне осуждают не "тройки", а суды — декоративность судебной системы очевидна. Все понимают, чего стоят суды и над Навальным, и над Ходорковским с Лебедевым, и над Pussy Riot, и над многими, многими другими… Как когда-то была декоративной сталинская Конституция 1936 года, так же декоративна и сегодня ельцинская Конституция 1993 года. Декоративны все инструменты власти, кроме личной диктатуры.
Естественно, что в эпоху открытого общества и Интернета дела "шьются" обвиняемым более изощренно, чем прежде. Но общее понимание, что обвинения заказаны сверху и состряпаны на скорую руку, делает ситуацию еще более омерзительной.
Поведение видных экономистов, уже много лет успешно обслуживающих путинскую мафию, удивительным образом напоминает поведение сталинских военачальников в конце 1930-х годов. Вызываемый на допросы Гуриев говорит, что у него нет претензий к Путину и Медведеву. Арестованный Блюхер и прочие командармы с комдивами (наподобие Котова из фильма "Утомленные солнцем") тоже твердили как заклинание: "Мне нечего бояться, за мной ничего нет. Товарищ Сталин разберется…"
И это легко объяснимо, потому что они были и мыслили себя частью системы. Они ее энергично строили, и строили для себя, уничтожая многочисленных врагов. Но затем, на другом витке развития диктатуры, сами стали расходным материалом.
Полностью текст здесь: "Мы живем, под собою не чуя страны"
Сейчас Россия находится уже "в 30-х годах" — в финальной стадии перехода от однопартийной диктатуры к диктатуре одного человека. Это важный исторический момент.
Формирование личной диктатуры Путина идет полным ходом, в точности так же, как и в постленинском СССР, когда однопартийная большевистская диктатура в итоге превратилась в диктатуру одного человека — Сталина.
Поэтому история с допросами и вынужденной эмиграцией Сергея Гуриева, да и с системными либералами в целом, больше всего похожа на историю с партийной и военной элитой сталинской эпохи. Сислибы, как в свое время и большевистские бонзы, искренне считали, что репрессии — это лишь для врагов, а не для своих. Они ощущали себя хозяевами жизни, членами правящей "корпорации" и пребывали в уверенности, что законы истории для них не писаны и что их минует чаша фатальной исторической неизбежности.
Но… "продуман распорядок действий, и неотвратим конец пути". Процесс перехода от однопартийной диктатуры к диктатуре одного человека всегда сопровождается сменой кадрового состава. И всегда вместо интеллектуалов, востребованных на начальном этапе становления диктатуры, к власти в конце концов приходят цепные псы и мясники. Этой исторической закономерности никто не отменял.
Понятно, что сегодня репрессии имеют иной масштаб и характер, чем при сталинщине. Нынешняя информационная эпоха, так сказать, более вегетарианская. Неправедный суд, домашний арест или вынужденная эмиграция — это все-таки не расстрел. Но сам вектор развития, несомненно, тот же.
Замена правящего аппарата идет ударными темпами, и не факт, что всем отставникам удастся избежать гонений. И пусть ныне осуждают не "тройки", а суды — декоративность судебной системы очевидна. Все понимают, чего стоят суды и над Навальным, и над Ходорковским с Лебедевым, и над Pussy Riot, и над многими, многими другими… Как когда-то была декоративной сталинская Конституция 1936 года, так же декоративна и сегодня ельцинская Конституция 1993 года. Декоративны все инструменты власти, кроме личной диктатуры.
Естественно, что в эпоху открытого общества и Интернета дела "шьются" обвиняемым более изощренно, чем прежде. Но общее понимание, что обвинения заказаны сверху и состряпаны на скорую руку, делает ситуацию еще более омерзительной.
Поведение видных экономистов, уже много лет успешно обслуживающих путинскую мафию, удивительным образом напоминает поведение сталинских военачальников в конце 1930-х годов. Вызываемый на допросы Гуриев говорит, что у него нет претензий к Путину и Медведеву. Арестованный Блюхер и прочие командармы с комдивами (наподобие Котова из фильма "Утомленные солнцем") тоже твердили как заклинание: "Мне нечего бояться, за мной ничего нет. Товарищ Сталин разберется…"
И это легко объяснимо, потому что они были и мыслили себя частью системы. Они ее энергично строили, и строили для себя, уничтожая многочисленных врагов. Но затем, на другом витке развития диктатуры, сами стали расходным материалом.
Полностью текст здесь: "Мы живем, под собою не чуя страны"