![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
slava68Европейские бренды Хрущёва
У Никиты Хрущёва, как и у Сталина, были швейцарские часы, правда, не карманные, а наручные, и не золотые, а лишь позолоченные. Зато это, по воспоминаниям сына главы советского правительства Сергея Хрущёва, была модная «механика» с автоподзаводом (первые наручные часы такого типа выпустила фирма Rolex в 1931 году¸ но популярными они стали в начале 1950-х). Из швейцарских вещей у Первого секретаря ЦК КПСС был ещё купленный во время визита в Женеву небольшой универсальный нож Victorinoх с несколькими лезвиями, который он использовал до самой смерти.
Дома и на даче Хрущёва окружала зарубежная аудиовидеотехника. Из отечественных были подаренный к 70-летию членами Президиума ЦК тяжеленный рижский телерадиокомбайн и портативный приёмник «Сокол». Хрущёв любил слушать новости, гуляя по даче. И однажды, как рассказывал мне работавший с ним восемь лет сотрудник «девятки» (Девятого управления КГБ, отвечавшего за безопасность высших лиц государства) Алексей Сальников, всё-таки сменил его на импортный, поскольку на даче в Пицунде отечественное устройство ловило наши радиоволны очень слабо. Центральное место в качестве «медиацентра» занимало огромное зарубежное изделие, о котором вспоминал Сергей Хрущёв: «На дачу перевезли радиотелекомбайн, подарок Президента Египта Насера. Телевизор в нём был чёрно-белый, но с очень чётким изображением. Перед экраном стояло удобное кресло со скамеечкой для ног. Кроме телевизора, в комбайн были вмонтированы приёмник и магнитофон. Именно на него отец начал диктовать свои мемуары».
Продолжил свои диктовки Хрущёв-старший уже с помощью более совершенного оборудования. Со временем место имевшихся в распоряжении Никиты Сергеевича советских систем записи и воспроизведения звука заняли импортные образцы. Наши магнитофоны, даже сделанные по спецзаказу, регулярно ломались. Сын Хрущёва, помогавший отцу записывать на плёнку мемуары, рассказывал: «На столе стоял магнитофон, сначала киевского завода, а затем, когда он сломался, это место занял его прообраз – западногерманский UHER. Магнитофон использовался для диктовки мемуаров». У пенсионера Хрущёва был сначала западногерманский UHER SR-3, а потом четырёхдорожечный Grundig. Про это изделие герой Андрея Миронова из фильма «Берегись автомобиля» говорил: «Магнитофон «Грюндиг», четыре дорожки, стереофония, элегантный внешний вид». А ещё на даче был английский проигрыватель в деревянном африканском ящике – подарок Кваме Нкрума, Президента Ганы.
Зато в выборе одежды Хрущёв отличался крайним аскетизмом. Человеку, который хоть чуть-чуть разбирается в моде, достаточно было посмотреть на фотографии главы КПСС и советского правительства, чтобы определить, что его одеяния шились у нас. Алексей Сальников, ветеран органов госохраны, рассказывал, что Первому секретарю ЦК, как и другим высшим руководителям, одежду шили в специальном ателье. Портные, естественно, были сотрудниками «девятки». Закройщики приезжали к Первому секретарю ЦК на работу, делали необходимые замеры и привозили туда же готовые изделия. Когда перед визитом в Англию встал вопрос о фраке, кто-то предложил сшить его за границей. Хрущёв с негодованием отказался, и ему в той же мастерской КГБ сшили чёрный костюм, в котором он и отправился к английской королеве.
У Хрущёва была именно такая фото- и аудиотехника
Заместитель начальника охраны первого секретаря Николай Васильев вспоминал, что даже материал для его костюмов был отечественным: «И не дай бог, чтобы он что-нибудь импортное надел. Он носил только наше, кроме шляп. Но потом на фабрике стали и шляпы делать, и он всё говорил: «Наконец хоть иностранщину сброшу!» И везде он прославлял кунцевский материал, трико, драп, всегда хвалил его».
С бельём у главы советского правительства всё было по-простому: кальсоны, причём на лямочках, сатиновые «семейные» трусы чёрного или синего цвета (в них Хрущёв не только ходил, но и купался), нижние рубашки «в рубчик». «Особенно важно, – вспоминает Алексей Сальников, отвечавший за бытовое обеспечение Первого секретаря ЦК КПСС, – было, чтобы эти предметы «роскоши» никто не увидел за рубежом. Поэтому никаких прачечных, всё стирал и гладил я сам. А то с трусами да носками штопаными позора не оберёшься».
Единственным американским изделием в «арсенале» Хрущёва был станок фирмы Gillette, которым он брился с начала 1960-х. Потом, на пенсии, перешёл на бритьё более удобной для него электробритвой немецкой фирмы Braun.
А настоящей роскошью был фотоаппарат Никиты Сергеевича, которым он снимал в последние годы жизни – профессиональный аппарат, причём самой продвинутой в то время шведской фирмы Hasselblad. Это был среднеформатный (профессионалы фотографы знают плёнку 6х6 сантиметров) аппарат модели 500C. Сын Никиты Сергеевича писал: «Отец ненадолго исчез и вернулся со своим фотоаппаратом «Хассельблат». На очереди – ритуал фотографирования». Изделие это было профессиональным и весьма недешёвым. Даже сегодня б/у комплект 500C можно купить за 50 тысяч. А топовые современные образцы (на конец 1960-х камера Хрущёва была тоже самой продвинутой) стоят в Москве от полумиллиона до полутора миллионов рублей… Так что скромность в быту для Хрущёва, впрочем, как и для других вождей, была понятием относительным…
У Никиты Хрущёва, как и у Сталина, были швейцарские часы, правда, не карманные, а наручные, и не золотые, а лишь позолоченные. Зато это, по воспоминаниям сына главы советского правительства Сергея Хрущёва, была модная «механика» с автоподзаводом (первые наручные часы такого типа выпустила фирма Rolex в 1931 году¸ но популярными они стали в начале 1950-х). Из швейцарских вещей у Первого секретаря ЦК КПСС был ещё купленный во время визита в Женеву небольшой универсальный нож Victorinoх с несколькими лезвиями, который он использовал до самой смерти.
Дома и на даче Хрущёва окружала зарубежная аудиовидеотехника. Из отечественных были подаренный к 70-летию членами Президиума ЦК тяжеленный рижский телерадиокомбайн и портативный приёмник «Сокол». Хрущёв любил слушать новости, гуляя по даче. И однажды, как рассказывал мне работавший с ним восемь лет сотрудник «девятки» (Девятого управления КГБ, отвечавшего за безопасность высших лиц государства) Алексей Сальников, всё-таки сменил его на импортный, поскольку на даче в Пицунде отечественное устройство ловило наши радиоволны очень слабо. Центральное место в качестве «медиацентра» занимало огромное зарубежное изделие, о котором вспоминал Сергей Хрущёв: «На дачу перевезли радиотелекомбайн, подарок Президента Египта Насера. Телевизор в нём был чёрно-белый, но с очень чётким изображением. Перед экраном стояло удобное кресло со скамеечкой для ног. Кроме телевизора, в комбайн были вмонтированы приёмник и магнитофон. Именно на него отец начал диктовать свои мемуары».
Продолжил свои диктовки Хрущёв-старший уже с помощью более совершенного оборудования. Со временем место имевшихся в распоряжении Никиты Сергеевича советских систем записи и воспроизведения звука заняли импортные образцы. Наши магнитофоны, даже сделанные по спецзаказу, регулярно ломались. Сын Хрущёва, помогавший отцу записывать на плёнку мемуары, рассказывал: «На столе стоял магнитофон, сначала киевского завода, а затем, когда он сломался, это место занял его прообраз – западногерманский UHER. Магнитофон использовался для диктовки мемуаров». У пенсионера Хрущёва был сначала западногерманский UHER SR-3, а потом четырёхдорожечный Grundig. Про это изделие герой Андрея Миронова из фильма «Берегись автомобиля» говорил: «Магнитофон «Грюндиг», четыре дорожки, стереофония, элегантный внешний вид». А ещё на даче был английский проигрыватель в деревянном африканском ящике – подарок Кваме Нкрума, Президента Ганы.
Зато в выборе одежды Хрущёв отличался крайним аскетизмом. Человеку, который хоть чуть-чуть разбирается в моде, достаточно было посмотреть на фотографии главы КПСС и советского правительства, чтобы определить, что его одеяния шились у нас. Алексей Сальников, ветеран органов госохраны, рассказывал, что Первому секретарю ЦК, как и другим высшим руководителям, одежду шили в специальном ателье. Портные, естественно, были сотрудниками «девятки». Закройщики приезжали к Первому секретарю ЦК на работу, делали необходимые замеры и привозили туда же готовые изделия. Когда перед визитом в Англию встал вопрос о фраке, кто-то предложил сшить его за границей. Хрущёв с негодованием отказался, и ему в той же мастерской КГБ сшили чёрный костюм, в котором он и отправился к английской королеве.
У Хрущёва была именно такая фото- и аудиотехника
Заместитель начальника охраны первого секретаря Николай Васильев вспоминал, что даже материал для его костюмов был отечественным: «И не дай бог, чтобы он что-нибудь импортное надел. Он носил только наше, кроме шляп. Но потом на фабрике стали и шляпы делать, и он всё говорил: «Наконец хоть иностранщину сброшу!» И везде он прославлял кунцевский материал, трико, драп, всегда хвалил его».
С бельём у главы советского правительства всё было по-простому: кальсоны, причём на лямочках, сатиновые «семейные» трусы чёрного или синего цвета (в них Хрущёв не только ходил, но и купался), нижние рубашки «в рубчик». «Особенно важно, – вспоминает Алексей Сальников, отвечавший за бытовое обеспечение Первого секретаря ЦК КПСС, – было, чтобы эти предметы «роскоши» никто не увидел за рубежом. Поэтому никаких прачечных, всё стирал и гладил я сам. А то с трусами да носками штопаными позора не оберёшься».
Единственным американским изделием в «арсенале» Хрущёва был станок фирмы Gillette, которым он брился с начала 1960-х. Потом, на пенсии, перешёл на бритьё более удобной для него электробритвой немецкой фирмы Braun.
А настоящей роскошью был фотоаппарат Никиты Сергеевича, которым он снимал в последние годы жизни – профессиональный аппарат, причём самой продвинутой в то время шведской фирмы Hasselblad. Это был среднеформатный (профессионалы фотографы знают плёнку 6х6 сантиметров) аппарат модели 500C. Сын Никиты Сергеевича писал: «Отец ненадолго исчез и вернулся со своим фотоаппаратом «Хассельблат». На очереди – ритуал фотографирования». Изделие это было профессиональным и весьма недешёвым. Даже сегодня б/у комплект 500C можно купить за 50 тысяч. А топовые современные образцы (на конец 1960-х камера Хрущёва была тоже самой продвинутой) стоят в Москве от полумиллиона до полутора миллионов рублей… Так что скромность в быту для Хрущёва, впрочем, как и для других вождей, была понятием относительным…