Три года, три месяца и еще три дня
Nov. 2nd, 2015 11:50 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
slava68Оригинал взят у ![[livejournal.com profile]](https://www.dreamwidth.org/img/external/lj-userinfo.gif)
avmalgin в Три года, три месяца и еще три дня
На свободу вышел фигурант «болотного дела» Алексей Полихович.
За решеткой он провел три года, три месяца и три дня...
Полиховича арестовали 26 июля 2012 года после Марша миллионов. Сначала обвиняли только в участии в «массовых беспорядках». Но после пресс-конференции Владимира Путина в декабре 2012 года, где он заявил: только за участие в массовых акциях сажать не стоит, но «недопустимо рукоприкладство в отношении представителей власти», добавили еще одну статью. Буквально на следующий день омоновец Игорь Тарасов вспомнил (через полгода после митинга), что Полихович ударил его по руке. На момент задержания Леша Полихович учился на заочном отделении в РГСУ...
В своем последнем слове перед приговором Полихович сказал: «Мы взяты в заложники властью у общества. Нас судят за болезненное ощущение чиновников от гражданской активности 2011—2012 годов, за фантомы полицейских начальников. Нас сделали персонажами спектакля наказания общества».
ОТСЮДА
avmalgin в Три года, три месяца и еще три дняНа свободу вышел фигурант «болотного дела» Алексей Полихович.
За решеткой он провел три года, три месяца и три дня...
Полиховича арестовали 26 июля 2012 года после Марша миллионов. Сначала обвиняли только в участии в «массовых беспорядках». Но после пресс-конференции Владимира Путина в декабре 2012 года, где он заявил: только за участие в массовых акциях сажать не стоит, но «недопустимо рукоприкладство в отношении представителей власти», добавили еще одну статью. Буквально на следующий день омоновец Игорь Тарасов вспомнил (через полгода после митинга), что Полихович ударил его по руке. На момент задержания Леша Полихович учился на заочном отделении в РГСУ...
В своем последнем слове перед приговором Полихович сказал: «Мы взяты в заложники властью у общества. Нас судят за болезненное ощущение чиновников от гражданской активности 2011—2012 годов, за фантомы полицейских начальников. Нас сделали персонажами спектакля наказания общества».
ОТСЮДА