![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
slava68novayagazeta в Почему мы храним деньги в Америке? Потому что не хотим разоритьсяВ марте 2017 года российские власти инвестировали в гособлигации США 13,5 млрд долларов и довели общую сумму вложений в этот актив примерно до 100 млрд. Четверть российских зарубежных вложений тем самым хранится в бумагах страны, с которой мы находимся в состоянии затяжного внешнеполитического конфликта. Конспирологи рассуждают о том, что финансируя «геополитического противника», мы тем самым мешаем развиваться собственной экономике: дескать, деньги лучше было бы оставить дома.
Экономист Андрей Мовчан рассказал «Новой» о том, почему российские финансовые власти предпочитают гособлигации США, могут ли американцы использовать их как инструмент политического давления, и на каких принципах построено управление золотовалютными резервами (ЗВР) России. По словам Мовчана, тут действует простая прагматика: в США вкладывают те, кто не хотят разориться.
— Многих удивляет, что Россия продолжает вкладываться в гособлигации США, несмотря на политическую напряженность. Почему так происходит?
— Экономика — вещь циничная.
«Не циничных игроков на финансовом рынке не бывает — они быстро разоряются. Вне зависимости оттого, как мы относимся к санкциям и Трампу, мы знаем, что 45% мировых расчетов идет в долларах, а американская экономика сегодня самая мощная в мире».
И ее рост самый быстрый — не в процентах (они часто вводят в заблуждение), а в реальных долларах на душу населения, которые экономика прибавляет каждый год. Плюс американская экономика самая стабильная: ее колебания легче всего предсказывать. Она и самая диверсифицированная с точки зрения отраслевой структуры. США обеспечены природными ресурсами, генерируют огромный объем инноваций, у них высокая добавленная стоимость, они обеспечены сбаланированными трудовыми ресурсами.
При этом США наращивают портфель внешнего долга, используя его для покрытия дефицита бюджета. В последние годы политика поддержания дефицита бюджета стала в США определяющей. Это для них — политика провокации роста: «за счет внешнего долга мы вернем вам больше, чем вы дали в виде налогов. Завтра вы произведете еще больше, мы вернем эти деньги, опять займем и так далее». Эта политика сегодня позволяет американскому обществу потреблять больше, чем оно производит, но она является и важнейшим фактором поддержания позитивной динамики в условиях предельно низкой инфляции и близкой к нулю ставки рефинансирования. Можно спорить о долгосрочных последствиях этой ситуации, но на сегодняшний день такая модель выглядит наиболее продуманной. Поэтому с точки зрения того, кому одолжить денег, США — это выбор номер один. Конечно, есть еще развивающиеся рынки с интересными темпами роста, но вспомним о том, что азиатский кризис 1998 года был всего 20 лет назад. Я бы не хотел, чтобы Россия инвестировала свои резервы в страны, которые его пережили и могут пережить снова.
— С конца 2016 года Россия непрерывно наращивала инвестиции в американский госдолг (US Treasuries) до максимума за 2,5 года ($108,7 млрд) в мае, но в июне снова сократила их почти на $6 млрд. С чем связаны эти колебания?
— ЗВР — это находящиеся в распоряжении Банка России средства (то есть средства, переданные в Банк России в обмен на рубли или просто на хранение), выраженные в валюте и золоте, которые Банк России может использовать только для поддержания платежного баланса страны и обеспечения устойчивости рубля. Фактически ЗВР используются для того, чтобы импортеры могли свободно приобретать товары, даже если приход валюты в страну ниже, чем их потребности (тогда ЦБ продает им валюту за рубли из ЗВР), и для того, чтобы в момент паники на валютном рынке начать скупать рубли за валюту, чтобы поддержать курс рубля.
Банк России инвестирует ЗВР в консервативные финансовые инструменты, выраженные в валюте, и балансирует портфель этих инструментов в соответствии с естественными принципами диверсификации и с целью снижения рисков потери их стоимости. То есть вкладывает в самые надежные и ликвидные бумаги, примерно сохраняя пропорцию между различными валютами.
Размеры инвестиций ЗВР в тот или иной актив, в частности в госдолг США, меняются по четырем причинам. Во-первых, меняется рыночная стоимость купленных бумаг, например, когда на рынках идет сокращение доходностей, стоимость бумаг растет (и наоборот). Во-вторых, меняется стоимость доллара относительно других валют (а мы только что видели ослабление доллара на 10% по отношению к евро), а когда это происходит, относительная доля бумаг в долларах падает, и чтобы сохранить пропорцию, ЦБ покупает бумаги в долларах. В-третьих, ЦБ может периодически принимать решение об изменении доли той или иной валюты в резервах. Если это происходит, то приходится покупать или продавать часть позиции, чтобы привести портфель резервов в соответствие с новыми правилами. Наконец, в-четвертых, по мере роста резервов (а они у нас растут) необходимо их вкладывать пропорционально во все инструменты, которые ЦБ считает пригодными для инвестирования.
В целом, изменение доли того или иного инструмента в портфеле резервов не должно вызывать вопросов: принципы управления ЦБ меняет редко и всегда публично озвучивает изменения, а остальное — технические реакции на изменения рыночных цен и объемов резервов.
— Почему нельзя инвестировать в более доходные индексные фонды и в иностранные акции, как это делает, например, Норвежский пенсионный фонд?
— ЗВР это не собственность ЦБ, которой он может рисковать, а всего лишь активы в распоряжении ЦБ, грубо говоря — средства во временном управлении. Поэтому ЦБ поддерживает в составе ЗВР валютные инструменты в нескольких наиболее ликвидных валютах, отдавая предпочтение государственным обязательствам, и в физическом золоте. И конечно большая доля «принадлежит» доллару как самой большой по объему эмиссии и доле в международных расчетах валюте, и казначейским облигациям США как самому ликвидному инструменту.
У Пенсионного же фонда совсем другие задачи и другая ответственность. Их деньги не обременены безусловными обязательствами: сколько они заработали, столько и выплачивают. Резервы же — это подушка безопасности, которая обеспечивает стабильность государства. Резервы косвенно принадлежат экономическим агентам внутри страны, они сформированы счетами субъектов экономики: правительства, экспортеров, населения. Что делать, если рынок, в который вы проинвестировали, упал на 15%? Как вы будете отвечать по обязательствам? Поэтому во всем мире резервы вкладываются в самые консервативные продукты. Даже китайцы, у которых золотовалютные резервы составляют $3 трлн, делают то же самое. Да и Норвежский пенсионный фонд инвестирует достаточно консервативно, с долгосрочной доходностью около 4% годовых, в то время как US Treausuries обычно приносят 2—3%.
— Нет ли риска, что при очередном ужесточении санкций США просто арестуют российские вложения?
— Теоретически такой риск есть, но арест резервов парализует внешнеэкономическую деятельность государства и невозможен в качестве изолированной меры — только в совокупности, в частности, с эмбарго на российский экспорт: если это произойдет, у импортера не получится расплатиться за первую же цистерну российской нефти, которая уйдет за границу. Для Европы это достаточно большой вопрос, поскольку российский экспорт занимает большую долю их рынка энергоносителей и ситуация не меняется и вряд ли изменится в скором времени.
С другой стороны, арест резервов — мера экстраординарная, которая в новейшей истории применялась пару раз против совсем уж каннибальских режимов. Россия пока не относится (в американском табеле о рангах) к числу самых ужасных стран, таких как Северная Корея, или просто ужасных стран, как Иран. Скорее ее воспринимают как страну беспокоящую, неправильную. Поэтому и санкции против России пока скорее декоративные, больше похожие на моральное давление и отчет перед своими избирателями.
Чтобы добиться эмбарго и ареста резервов нужно активно спонсировать международный терроризм и напрямую угрожать Америке, да еще и быть достаточно «маленьким», чтобы в случае если санкции вызовут серьезные проблемы, это не дестабилизировало бы регион или всю планету. Из-за территориального спора с другой, далекой от Америки, страной, не членом НАТО и не стратегическим партнером США, Штаты такие санкции никогда не вводили и вряд ли будут, тем более в адрес страны, чья дестабилизация угрожает мировой катастрофой.
— Популярная конспирологическая теория гласит, что мы спонсируем экономику США, покупая американский госдолг, хотя могли бы вложить эти деньги в собственную страну.
no subject
Date: 2017-09-12 09:57 pm (UTC)...— ЗВР это не собственность ЦБ, которой он может рисковать, а всего лишь активы /путлера/ в распоряжении ЦБ, грубо говоря — средства во временном управлении...